Вход
Ник:
Пароль:
Запомнить


Коньков

Материал из TotalFootball.

Перейти к: навигация, поиск
Коньков Анатолий Дмитриевич - капитан донецкого «Шахтера» и киевского «Динамо». В составе киевлян стал обладателем Кубка Кубков, четырехкратным чемпионом страны. Вице-чемпион Европы 1972 года, бронзовый призер Олимпиады 1976 года. Причем, на чемпионат Европы он поехал игроком первой(!) лиги, но стал ключевым игроком сборной и забил решающий гол в полуфинале турнира.



Анатолий Коньков родился: 19 Сентября 1949 года

СССР, Украина, Полузащитник, Тренер.

Сборная:

Всего сыграл 47 матчей и забил 8 голов.

Первый матч: 28.04.1971 с Болгарией 1:1

Последний матч: 11.10.1978 с Венгрией 2:0

(в т. ч. за олимпийскую сборную СССР сыграл 2 матча).



Командные достижения:

Вице-чемпион Европы 1972 года

3-е место на Олимпиаде 1976 года

Победитель Кубка обладателей кубков 1975 года

Победитель Суперкубка Европы 1975 года

Чемпион СССР 1975, 1977, 1980, 1981 годов

Обладатель Кубка СССР 1978 года



Тренерская карьера

Тренировал «Таврию» (Симферополь), «Шахтер» (Донецк), «Зенит» (Санкт-Петербург), национальную сборную Украины, «Ворсклу» (Полтава), «Сталь» Алчевск.

Спортивный директор донецкого «Металлурга» (2004).

Главный тренер клуба «Интер» Баку, Азербайджан (2004 - 2006).



Выступления:

СЕЗОН КЛУБ МАТЧИ ГОЛЫ

1968 «Шахтер» (Донецк, СССР) 1 0

1969 «Шахтер» (Донецк, СССР) 14 1

1970 «Шахтер» (Донецк, СССР) 27 3

1971 «Шахтер» (Донецк, СССР) 30 2

1972 «Шахтер» (Донецк, СССР) 31 9

1973 «Шахтер» (Донецк, СССР) 26 5

1974 «Шахтер» (Донецк, СССР) 12 0

1975 «Динамо» (Киев, СССР) 29 1

1976 (весна) «Динамо» (Киев, СССР) 5 0

1976 (осень) «Динамо» (Киев, СССР) 12 2

1977 «Динамо» (Киев, СССР) 28 2

1978 «Динамо» (Киев, СССР) 30 2

1979 «Динамо» (Киев, СССР) 31 2

1980 «Динамо» (Киев, СССР) 27 1

1981 «Динамо» (Киев, СССР) 31 0


Всего в D-1: 334 матча, 30 голов

В еврокубках - 37 матчей, 1 гол.



Одаренность этого футболиста, начинавшего играть в Донецкой области, в городе с немного пугающим постороннее ухо названием Краматорск, стала очевидной очень рано. В киевском «Динамо» юное донбасское дарование могло оказаться еще в конце 60-х при тренере Викторе Маслове: уж Дед-то, которому однажды показали Конькова, как никто другой умел отделять зерна от плевел. Однако сам 18-летний вундеркинд, увидев на динамовской базе в Конча-Заспе «живых» Соснихина, Сабо, Пузача, Хмельницкого и других киевских корифеев, струхнул и предпочел для разбега вариант попроще и географически поближе - Донецк.

Конькову было суждено стать создателем удивительного прецедента: в 1972 году в составе сборной СССР он стал вице-чемпионом Европы, будучи игроком клуба не высшей, а только первой лиги - «Шахтера». Мало того, именно единственный гол Конькова в полуфинале с венграми и принес нашей сборной «серебро» - максимум, на что она могла тогда объективно рассчитывать, поскольку в финале оказалась просто раздавленной «немецкой машиной» западногерманского производства - 0:3.

- Сейчас, когда ни одна из сборных постсоветских стран и близко не может подобраться к европейскому пьедесталу, тогдашняя реакция на наше выступление представляется особенно дикой, - вспоминает Коньков. - Вокруг поражения в финале было сформировано такое «общественное мнение», в воздухе носилась такая «пролетарская ненависть», что хоть в петлю лезь. Теперь в это трудно поверить, однако в профсоюзный комитет шахты имени Горького, на которой числились «инструкторами физкультуры» все футболисты «Шахтера», тогда действительно пачками приходили письма трудящихся, требовавших, например, немедленно снять с Конькова звание мастера спорта...



Суперклуб с двойной фамилией

Надо признать, что с этими самыми званиями Конькову в принципе не очень везло, но об этом чуть позже. А пока - о втором его пришествии в Киев, случившемся осенью 1974 года, теперь уже всерьез и надолго. Опять же редчайший случай: футбольный провинциал попал в звездное «Динамо», минуя дубль, в котором, например, будущий лучший футболист Европы суперфорвард Олег Блохин томился целых пять лет. Феномену Конькова, правда, есть объяснение: Олег Базилевич, у которого футболист проработал три сезона в «Шахтере», как раз в это же время объединился в «Динамо» с Лобановским, чтобы вскоре явить миру первую советскую «Dream Team».

- У этих людей были одинаковые взгляды на футбол, а поскольку Базилевич внедрял многие свои игровые идеи еще в «Шахтере», адаптироваться в киевском «Динамо» для меня не составило труда, - говорит Коньков. - Зато какие перспективы открылись - дух захватывало!

Перспективы, о которых толкует знаменитый футболист, были связаны с революционной перестройкой игры, затеянной в Киеве, решительной ломкой многих привычных стереотипов. Суть этих перемен Лобановский позже сформулирует всего в трех словах: разумная универсализация игроков. - Киевское «Динамо» тех лет, - продолжает Коньков, - наверняка было единственной в стране командой, где так органично слились воедино теория и практика. Иначе говоря, все, что изображалось тренерами на макетах, потом очень педантично переносилось на поле. Пока игра ставилась, футболисты находились в жесточайших поведенческих рамках. Импровизация допускалась только при условии полной сохранности принятой игровой схемы.



Все началось в Ростове

Для самого Конькова, игравшего в «Шахтере», да и в сборной Союза тоже, в средней линии, «разумная универсализация» в киевском «Динамо» оказалась предопределенной одним, причем совершенно рядовым, матчем чемпионата страны - в Ростове-на-Дону против СКА в 1975 году.

Из-за травмы не смог выйти на поле штатный центральный защитник киевлян Михаил Фоменко, а поскольку выбор у тренеров был ограничен, они решились на эксперимент, имевший далеко идущие последствия: отодвинули на позицию либеро Конькова. При этом ему, футболисту с кругозором классного хавбека, вменили в обязанность не просто банально подчищать грешки партнеров по обороне, отбивая мяч куда подальше, но поставили сверхзадачу: начинать атаки своей команды.

Опыт оказался удачным: киевляне выиграли - 2:0, причем у истоков обоих результативных динамовских выпадов стоял новоявленный либеро. Прошло еще немного времени - и во все наши футбольные хрестоматии того времени вошел знаменитый первый пас Конькова, который для соперников киевского «Динамо», как правило, был чреват самыми серьезными неприятностями. - Идея прерывать атаку противника и одновременно находить партнера для мгновенного выхода из обороны в наступление для нашей команды была очень актуальна, - поясняет Коньков. - Поскольку по подбору исполнителей «Динамо» заметно превосходило большинство советских клубов, в чемпионатах страны нам постоянно приходилось сталкиваться со сверхнасыщенной обороной. Преодолевать ее позиционно было очень сложно. Совсем другое дело - внезапно, сходу. И тут очень многое зависело от первой передачи. Кроме того, при нашей взаимозаменяемости даже у меня, формально последнего защитника, возникала возможность неожиданно для соперников подключаться в атаку, а значит, полнее использовать свой потенциал. Поэтому нет ничего парадоксального в том, что большинство голов (их на счету у Конькова в чемпионатах страны, еврокубках и за сборную вышло более 30. - Прим. Ю.Ю.) я забил, будучи игроком обороны, а не хавбеком.



Лобановский слов на ветер не бросает

В 1975 году перед одним из матчей чемпионата страны киевским динамовцам торжественно вручали значки и удостоверения заслуженных мастеров спорта за первую в истории советского футбола победу в еврокубковом турнире. Колотов, Блохин, Рудаков, Мунтян, Буряк... Хорошо помню, как после каждой фамилии киевский стотысячник взрывался овацией. Конькова диктор назвал последним, и хотя оваций на слух было не меньше, ему единственному из стоявших в шеренге вручили тогда «всего лишь» значок мастера спорта международного класса.

Я хорошо знаком с Коньковым, наверное, уже лет 15 (одно время, когда он был тренером «Шахтера», даже жили в одном дворе), однако только недавно осмелился наконец спросить: чем же он прогневил тогда советских околофутбольных «богов»?

Выяснилось, что версий как минимум две, и обе они так или иначе связаны с «рукой Москвы», которая в те годы миловала или казнила любого футболиста на 1/6 части суши.

Прежде всего, как полагает «потерпевший» Коньков, Москва никак не могла простить ему печально памятную стычку 1972 года с битьем витринных стекол в аэропорту Шереметьево. Тогда дюжина крепких парней - то ли боксеров, то ли борцов - из столичной спортроты попыталась «призвать» в армию футболиста «Шахтера», прилетевшего со сборной СССР из-за границы. Да не тут-то было. В завязавшейся потасовке милиция, не посвященная в планы армейцев, заняла сторону Конькова, что позволило ему благополучно бежать. Однако комедия неожиданно обернулась трагедией - на следующий день от сердечного приступа умер полковник Нерушенко, отвечавший в ЦСКА за призыв таких, как Коньков.

Еще одной причиной, помешавшей Конькову обрести гордое звание «заслуженного» одновременно с одноклубниками, наверняка можно считать инцидент, случившийся на моих глазах летом 1974-го. «Шахтер» принимал в матче чемпионата страны «Днепр». Коньков не забил пенальти, выругался в воздух, как сам говорит, от расстройства, а находившийся рядом арбитр почему-то принял непечатную тираду на свой счет - и мгновенно достал красную карточку. Да еще, на беду футболиста, этим арбитром оказался не кто иной, как председатель Всесоюзной коллегии судей москвич Валентин Липатов. И уж он-то добился, чтобы Конькова наказали по полной программе - 10 игр дисквалификации! А когда он уже был динамовцем, эту историю в Спорткомитете СССР тоже припомнили...

- Конечно, - рассуждает четверть века спустя Коньков, - мне было обидно тогда предстать «бедным родственником» перед стотысячной аудиторией, хотя для успеха «Динамо» в еврокубке, смею думать, я сделал не меньше других ребят. Хорошо еще, что Лобановский перед началом церемонии меня успокоил: «Не переживай. Мы восстановим справедливость». Он никогда не бросал слов на ветер: в 1981 году я тоже стал заслуженным мастером спорта.



Вместо команды звезд – команда звезда

Еще через год Коньков сказал себе «хватит» - и навсегда ушел с поля. Его никто не подталкивал к этому шагу, даже Лобановский советовал не торопиться, но тут он впервые к мнению мэтра не прислушался. Потому что прекрасно понимал: молодые Балтача, Журавлев, Бессонов - это уже совершенно новое поколение динамовских игроков, становление которых не стоит сдерживать, пусть невольно, своим присутствием в команде. - Меня до сих пор журналисты пытают: дескать, какое «Динамо» - 1975 или 1986 года - было «сильнее и лучше», - улыбается Коньков. - Отвечаю так: в 1975-м в Киеве сложилась команда из звезд, а в 1986-м возникла команда-звезда. Пояснять, в чем разница, думаю, не стоит. Что касается сравнения возможностей, то они оказались примерно равными, коль скоро обе команды покорили в Европе одну и ту же вершину - Кубок кубков. Сам же Анатолий Коньков, помимо всех причитавшихся ему регалий, носит неофициальное звание супермастера первого паса. С которого в футболе все самое интересное и начинается.


автор: Юрий Юрис



Источник:

http://football-players.ru

Rambler's Top100